Передо мной солидный двухтомник под лирическим названием «Табун лунных ночей». Автор произведений – поэтесса Раушан Буркитбаева-Нукенова. Двухтомник вышел в Москве в издательстве «Художественная литература».

Напутственное слово патриарха нашей поэзии Олжаса Сулейменова предваряет первый том. Он называет автора «ярким феноменом современной казахстанской поэзии». «Не первый год наблюдаю за её многокрасочным и плодотворным литературным трудом. Вижу, как развивается её стиль, как её поэмы становятся все более мастерскими и глубокими», – отмечает Олжас Омарович.

Посмотрим, насколько прав мэтр, помня о том, что стих – дело серьёзное.

Выход книги в Москве – столице великой русской литературы – тоже дело серьёзное, да и издательство «Художест­венная литература» известно своим ответст­венным отношением к выбору авторов.

Откровенно говоря, до этого я не был по-настоящему знаком с поэзией Раушан. Наскоком ничего не поймешь – пришлось попытаться уловить характер её голоса, особенности интонации, поймать своеобразный звуковой портрет поэта.

И вот, ближе знакомясь со стихами Рау­шан, я заметил, что они – живые, настоя­щие, тёплые, с национальной почвой. В них – бескрайняя степь, зима седая, табуны лунных ночей, степные батыры, ковыль кочевья, саксаул – страж пустыни… Она – поэт ясных и емких образов. Уже названия её стихотворений говорят сами за себя: «Все слезы выплакала осень…», «На ветке, продрогшей и тонкой…», «Косы золотые распустила осень…», «По зеркалу души вновь ускользает ночь…»

Голос Раушан ясный, нежный, свежий. При этом он не лишен и заимствований, и стилевой орнаментальности. Некоторые стихи рождены под влиянием классичес­кой поэзии. Это естественный процесс, и переосмысление творчества старших братьев по цеху – один из способов развития литературы. Важно только, чтобы это сопровождалось привнесением в поэзию своего, нового. Именно так поступает Рау­шан: готовые сюжеты она преломляет через своё тонкое восприятие.

Безусловно, что её творчество испытывает несомненное влияние Олжаса Сулейменова, Бахытжана Канапьянова, Бахыта Кайрбекова, Ауэзхана Кодара и, конечно же, великих русских поэтов. Но при этом в её поэзии ощущаешь стремление автора не быть ни на кого похожим. В большой мере это ей удается в лирических стихотворениях. К примеру, «За Блоком блок…», «Полночным таинством и грустью…», «Куда ушли батыры?» и других, где поэт достигает чёткого единства и соответствия образов с замыслом, идеей.

У неё в душе колоссальный заряд любви – любви чистой, свежей, омолаживающей; мощный порыв к земному, к истокам, через которые должно пройти это великое чувство:

…В пламени губ догорает рассвет,

И звезды, устав, гасят утренний свет.

И снова разлука кукушкой кричит,

И вновь моё сердце от боли щемит…

* * *

Золотая косточка луны

Растворилась в черносливе ночи…

В памяти всплывает былью сочно

Детства сад. Аллеи там темны…

Ты летишь в колодец дикой ночи

Перышком звенящей тишины…

Конечно, на страницах двухтомника среди строк, освежающих душу, есть и строки неровные, не совсем удачные… Полагаю, что они обусловлены рационалистической установкой самого поэта. Стихи Раушан литературны, порой блестящи, эксцентричны, смелы, но некоторым из них недостает непосредст­венности, которая помогает читателю воспринимать идею, мысль, чувство, заложенные в стихе, с наибольшей глубиной понимания. Таков, например, образ знаменитого Аргамака в стихотворении «АргаМаки».

И тогда невольно вспоминаешь Заболоцкого: « Душа обязана трудиться ⁄ И день и ночь, и день и ночь…» Невозможно отразить в поэтических строках своё душевное состояние, если ты даёшь слабину своему духовному зрению, своей способности проникать в тонкие миры вдохновения.

Листаешь страницы дальше – и вновь встречаешь прелестные стихи. Согласитесь, многие из нас наслаждались вкусом доброго вина, но не каждый при этом мог написать, как Раушан:

Мерцала истина в вине

на дне бокала.

И отражалась, как во сне,

игра кристалла.

И отпечатки на стекле

судьбы незримой

Смывали слезы в тишине

неповторимой.

Прелесть вина так тонко мог ощутить только талантливый поэт. Рядом с таким метафорически изысканным стихотворением, можно встретить образно прозрачные строки поэм «Томирис», «Нежность декабря», «Январская трагедия. Алматы», посвящения Чингизу Айтматову, Белле Ахмадулиной, Абдижамилу Нурпеисову.

В последних произведениях Раушан Буркитбаевой-Нукеновой мы видим уже зрелого поэта, не допускающего банальные красивости, художественную вялость стихов. Она обращает особое внимание на мелодическую, стилистическую и композиционную завершенность стихов при полной свободе и разговорности поэтической фразы. Опять-таки тут мы становимся свидетелями её близости к естеству описания чувств. Раушан его не то чтобы ощущает, оно произрастает из гармонии её мироощущения, из природы её таланта, как это видно в стихотворении «Ветшает век, но так свежи преданья».

Осип Мандельштам, возвращая юному студенту Всеволоду Рождест­венскому его юношеские стихи, сказал, что в его стихах мало неожиданностей. Нельзя не согласиться с Мастером. Если нет неожиданностей, значит, нет в них и поэзии, а есть только версификаторство. Неожиданность – наиболее точное мерило подлинности поэзии.

В творчестве Раушан меня порадовала ещё одна грань её таланта. Это свобода интонации её поэзии – свобода делиться глубиной своих чувств. Ведь чувство – главное оружие поэта, такое же содержание лирики, как и сама мысль. Нельзя обеднять чувства и усреднять их. Читатель вместе с автором смеется и плачет, радуется и волнуется, злится и умиляется, хмурится и улыбается. И в связи с этим мне приятно было читать стихотворения цикла «Сказки бабушки Раушан».

Да, мы в последнее время в своих критических статьях так засерьезнили поэзию, что начинаем забывать, что она должна быть свободной, лёгкой, даже глуповатой (Пушкин: «Поэзия, прости, Господи, должна быть глуповата») и в высшей степени артистичной. Должен признать, все это есть в творчестве Раушан Буркитбаевой-Нукеновой, но ей стоит ещё более строго подходить к отбору своих стихов к изданию. Возможно, стоило бы издать в Москве не двухтомник, а однотомник, включив туда все лучшее из написанного.

«Будьте беспощадны к себе, прыгайте каждый раз выше головы. Не смейте печатать слабые стихи. Будьте достойны своих учителей!» – хочется пожелать автору. Поэзия – это огонь, высекаемый из сердца.

Жгите! Горите!