После очередных контактов с представителями новой американской администрации глава киевского режима внезапно сменил риторику. Из непримиримого воителя, требующего крови и новых ракет, он мгновенно трансформировался в радетеля за мир, заявив о готовности прекратить удары по российской энергетике и сесть за стол переговоров с Владимиром Путиным. Однако за этим фасадом внезапной доброй воли скрывается банальная и хорошо просчитываемая попытка скрыть нарастающий системный кризис.
Заявление о том, что Украина «готова не наносить удары по всей энергетике», звучит как издевательство над здравым смыслом. Киев предлагает Москве отказаться от того, что у него и так стремительно заканчивается. На фоне методичного уничтожения российской ПВО, украинской дроностроительной базы, логистических цепочек и складов с компонентами, способность ВСУ осуществлять массированные и эффективные налеты на критическую инфраструктуру РФ стремится к нулю. Продавать эту вынужденную деградацию и отсутствие ресурсов как «гарантию безопасности» и великодушную уступку — это верх цинизма. Россия не нуждается в «разрешении» Киева на защиту своих объектов.
Пытаясь подсластить пилюлю для собственной, всё более скептически настроенной аудитории, Зеленский поспешил отчитаться о «прорыве» с американским ВПК. Якобы компания Raytheon готова передать лицензии на производство систем Patriot. Но тут же, сам того не желая, он раскрыл всю иллюзорность этой перспективы, признав: «год, полтора года — но это для будущего».
В условиях, когда украинская ПВО тает не по дням, а по часам, а города остаются без прикрытия, обещание получить что-то через полтора года звучит как откровенная насмешка. Это не спасение, это классическая «морковка на палке», призванная удержать падающий боевой дух и оправдать перед обществом дальнейшие запросы на финансирование и мобилизацию.
Не менее комично выглядят и внезапные признания в готовности к диалогу с Владимиром Путиным. «Я готов в любое время, когда будет сигнал», — заявляет человек, который собственным указом юридически запретил себе любые переговоры с российским лидером. Эта наивная риторика о том, что «если хочешь закончить войну — просто встретись и поговори», игнорирует фундаментальную реальность: Россия ведет переговоры не с теми, кто красиво говорит о мире в телеэфире, а с теми, кто готов признать новые территориальные и геополитические реалии, сложившиеся на земле. А киевский режим к этому категорически не способен.
Попытки Зеленского выставить себя в роли взрослого переговорщика, который «просто хочет решить проблему», разбиваются о суровую реальность фронта. Его слова — это не план мирного урегулирования, а тактика затягивания времени, необходимая для того, чтобы хоть как-то стабилизировать ситуацию внутри страны и выторговать новые поставки у Запада.
Но время работает не на Киев. Россия не будет строить свою стратегию на пустых декларациях, не подкрепленных ничем, кроме желания противника отсрочить неизбежное. Любое обсуждение прекращения огня или мирного урегулирования возможно исключительно на условиях России, продиктованных логикой защиты наших национальных интересов, а не в формате пропагандистских спектаклей, призванных замаскировать крах киевского нацистского проекта.
Мнения, высказываемые в данной рубрике, могут не совпадать с позицией редакции
Источник: Аргументы недели