В начале марта в прокат вышел фильм вроде бы комедийный, но с грустным подтекстом. “Жеті гүл” — о вечном ожидании наследника и о том, каково дочкам и жене быть заложниками этой ситуации.

Автор сценария и режиссёр-дебютант Дархан КАРИПОВ — папа мальчика, но говорит, что драму вечного ожидания в семье сына воспринимает как собственную, до слез. Дархан утверждает, что сюжет фильма жизненный: мама шес­ти девочек в очередной раз собирается в роддом, и вроде, по заверениям врачей, должен быть долгожданный сын… А в итоге она не может признаться мужу и всей родне, что родилась дочка, и, чтобы хотя бы выйти из роддома с сыном, на сутки договаривается с соседкой по палате о подмене младенцев.

Как ни странно, этот душещипательный сюжет родился в голове мужчины. Дархан много лет назад приехал в Алматы, чтобы выучиться на металлурга, но, поскольку всегда мечтал о сцене, постепенно стал осуществлять этот план. Начал с активного участия в КВН, потом писал сценарии и, наконец, до­рвался до режиссёрского кресла. Говорит, что слишком хорошо чувствует переживания героев и ему проще было самому воплотить сценарий, чем отдавать другому человеку.

- Дархан, что вы понимаете в вопросе ожидания наследника?

- Это жизнь. В каждой семье есть родственники, мечтающие о сыне. Они страдают, надеются. Это висит в воздухе. Хуже всего, когда жена больше не может рожать, тогда глава семьи чувствует себя прямо обездоленным. У меня такая ситуация вызывает дискомфорт. Откуда в современном мире такая тяга оставить наследника? Что наследовать? Понятно, что раньше это была ответственность за клан, за большие стада, охрана, оборона. Что сейчас из этого списка есть в жизни современного человека? Почему так важно, чтобы был именно сын? Это всегда не укладывалось у меня в голове. На съемочной площадке был такой накал страстей, что мы не раз рыдали всей группой.

- Девушки благодарили за поднятую тему?

- Да, подходили, признавались, что об этом не принято говорить в казахских семьях. Не принято жаловаться, что раз девочка, значит, чувствуешь себя не такой любимой и желанной, словно ты человек второго сорта.

- Какая сцена была самая тяжелая?

- Когда глава семьи говорит, что ему не нужна жена, которая не может родить сына. Это слышат дочери, и для них такие слова становятся шоком. Они приходят на работу к отцу и говорят: “Вы нас не любите, мы вам не нужны. Вы нас даже назвали Улболсын, Улбике, Улжан и так далее”. Я прямо физичес­ки, до мурашек, ощущал гнев и переживания девушек, глаза были на мокром месте.

Улбосын Шалкарова сыг­рала главную героиню в этом фильме. Прелесть ситуации в том, что у неё самой говорящее имя — его дают в надежде на то, что следующим родится наследник.

После проекта о том, что девочки ничуть не хуже мальчиков, у актрисы родился сын. Снималась в кино Улбосын в положении, а в ноябре у неё родился первенец. Так что последние полгода она целиком была поглощена радостями материнства, и авторы фильма даже не были уверены, сможет ли она прийти на премьеру.

- Насколько оказалась близка вам ваша героиня?

- Если честно, не очень, — откровенничает Улбосын. — Она всю себя посвятила семье, детям, мужу. Всячески пытается угодить супругу, а собственные интересы, мечты оказываются забыты. Вот это точно не про меня! В реальной жизни я полная противоположность и в первую очередь думаю о себе. Так что это совсем не моя история.

- Скажите честно, обижались на родителей, что они дали вам такое имя?

- Нет, не обижалась. Тем более что имя дал мой дедушка. Он волновался за своего сына, переживал, чтобы род не закончился. И я понимаю, как важно ему было, чтобы родился в семье наследник.

Но мне при знакомстве с новыми людьми некомфортно называть своё имя. Это правда. И, будь моя воля, я бы упразднила традицию давать подобные имена. Это так не работает, пол следующего ребёнка никак не зависит от желания родителей и тем более от того, что они дают такое имя дочке.

- Насколько вам самим было важно, чтобы в семье появился именно сын?

- Поскольку это наш первый ребёнок, совсем не важно! Кстати, теперь мы очень хотим ещё и девочку. Но это не значит, что я теперь буду заниматься только семьей. Я не собираюсь забывать о своём актёрском призвании. Да и муж этого не позволит. В этом фильме я снималась совсем на маленьком сроке, так что было не особо заметно. Только очень переживала, что роль активная, мне приходилось много двигаться. Я ещё успела поработать на поздних сроках в другом проекте. Вот там было тяжеловато. Я отекала, и муж заставлял между сценами лежать и отдыхать.

- Он тоже хочет, чтобы вы много снимались?

- Он сам сценарист, актёр и прекрасно все понимает. Хочет, чтобы я росла и реализовывала себя. Кстати, он именно тот человек, который иногда может дать волшебный пинок. Он в профессии помогает и поддерживает, иногда ревнует, но, самое главное, не даёт остановиться. Поэтому я думаю, что не буду долго сидеть в декретном отпуске. Может быть, сниматься буду чуть меньше, пока ребёнок совсем маленький. Для меня это была пятая главная роль в полнометражном кино, а сериалов больше 25. Я в какой-то момент даже перестала считать, в скольких принимала участие.

- А как муж даёт волшебный пинок?

- О, он может даже назвать лентяйкой за то, что не читаю, не смотрю хорошее кино, стою на месте, не делаю ничего для собственного роста. Всегда добавляет, правда, что я самая лучшая, но могу сделать ещё шаг вперед. И такие слова действительно очень мотивируют и помогают. За это я ему очень благодарна.

Ксения ЕВДОКИМЕНКО, Алматы