О нарушениях стало известно после другого уголовного процесса — в отношении сотрудника ДУИС. Именно он, хотя и не по собственной инициативе, фактически выдал руководство колонии. Подполковник юстиции узнал, что один из осуждённых не проживает в отряде, как остальные, а размещен в кабинете начальника оперативного отдела. Заключённому позволяли свободно посещать спортзал и баню, пользоваться столовой административного корпуса и выполнять там хозяйственные работы.

Сотрудник ДУИС решил воспользоваться ситуацией. Он поставил условие: за вознаграждение будет молчать о грубом нарушении режима, в противном случае пообещал добиться этапирования привилегированного заключённого в другую колонию. Для убедительности подполковник даже изготовил поддельный проект документа о переводе, не имея на это полномочий.

Осуждённый, не зная о подлоге, через родственников на свободе оплачивал офицеру ДУИС дорогостоящие покупки, рассчитывая сохранить особое положение. Между тем кабинеты начальника колонии и начальника оперативного отдела, где проживал заключённый, находились рядом, и руководители учреждения регулярно пересекались в коридоре. Эти обстоятельства были озвучены в суде по делу сотрудника ДУИС, который проходил в открытом режиме.

Заявление на подполковника написал сам осуждённый. По его словам, ему надоело систематически передавать офицеру от 200 тысяч до одного миллиона тенге. Сотрудника ДУИС признали виновным в получении взятки путём вымогательства и в октябре приговорили к семи годам лишения свободы. В ноябре апелляционная коллегия оставила приговор без изменений.

В ходе расследования внимание следствия привлёк и начальник колонии. Его дело рассматривалось уже в производстве КНБ и также дошло до суда, но в закрытом режиме.

Известно, что экс-руководителю учреждения вменили превышение власти и должностных полномочий в целях извлечения выгод, а также незаконное собирание и разглашение сведений, составляющих государственные секреты. По совокупности этих статей суд признал его виновным и приговорил к 6 годам 6 месяцам лишения свободы.

Полина ЮРЬЕВА, Павлодар